Сейчас в эфире
Donald Glover — на десять шагов впереди. Интервью Esquire
Автор: Bijan Stephen, Esquire
Фото: David Burton
Перевод: Настя Беляева

Сейчас все в Голливуде мечтают оказаться на месте Дональда Гловера. Всем бы хотелось иметь мозг, способный придумать «Атланту», — самое смешное и умное шоу поколения. Всем бы хотелось обладать харизмой, которая позволила Гловеру сыграть легендарную роль Лэндо Калриссиана в «Звездных войнах». Он стал одним из самых могущественных и влиятельных людей современности. Что же дальше? Мы решили поговорить об этом с живой легендой.

Кажется, что такие люди, как Дональд Гловер не могут существовать, как и шоу вроде «Атланты». И вот мы в начале 2018 года от Рождества Христова наблюдаем и Гловера, и «Атланту» одновременно. Сейчас, оглядываясь назад, я не могу припомнить, с чего все начиналось – шоу об исключенном ученике Принстона, который хочет быть рэп-менеджером? Но Гловер, конечно, помнит, потому что его путь от идеи до 101 эпизода занял годы. «Помню, как я смотрел интервью Дэйва Шепелла, в котором он рассказывал, как важно, чтобы шоу было личным», — говорит Гловер. «Поэтому я сконцентрировался на том, чтобы оно становилось все более и более личным. Я пытался продать его многим. И я даже не вдавался в детали, объясняя идею, потому что чувствовал, что продать его будет очень сложно». Так и было. Несколько каналов отказались. В конце концов, FX были единственными, кто согласился. «Шоу, в котором просто рассказывались истории, было чем-то вроде троянского коня», — говорит Гловер.


Я не тот человек, который будет давать людям то, чего они хотят. Потому что я гораздо сложнее.


Сейчас всем в Голливуде хочется еще Гловера и еще «Атланты». Шоу, от которого все отказывались, теперь стало самым оригинальным рассказом о жизни поколения и вдохновляет других на воплощение своих идей. Гловер говорил мне об одной телесети, которая заинтересовалась «Атлантой». Они высказали такую идею: «Есть ли возможность сделать мексиканскую «Атланту»?». «И я подумал, что это даже в какой-то степени льстит мне», — сказал Гловер. Но такое шоу демонстрировало бы недостаток воображения. Невозможно сделать хит, используя успешные составляющие. Сумма всегда должна быть значительнее частей. «Это не то, что можно сделать по схеме», — говорит Гловер. «Ты берешь части мозаики, складываешь их по-другому, и получаешь нечто совершенно новое». Шоу должно быть оригинальным. 34-летний Гловер сделал карьеру, никогда не следуя тем ожиданиям, которые на него возлагали. После дебютного сезона «Атланты» Гловер получил парочку Emmy и столько же «Золотых глобусов» — все это сделало его первым афроамериканцем, награжденным за выдающуюся режиссуру комедийного шоу. Он более успешен, чем это позволено человеку его возраста, и это благодаря его креативной энергии и любопытству. «Я поднялся гораздо выше, чем предполагал», — сказал он мне. «Но не было такого, чтобы я думал, что не добьюсь успеха».

В декабре я встретил Гловера в Атланте. До Рождества оставалось несколько недель, и все отдыхали. Последние листья на деревьях опали. У Гловера было задумчивое настроение, а может, он просто пытался сделать вид, так как он свернул съемки второго сезона «Атланты» несколькими днями ранее. В чем бы ни была причина, он был спокоен, как дзен-буддист, и в этом было что-то сверхъестественное.


Я делаю все это отчасти потому, что никто другой не сделает.


Как оказалось, Гловер думал о весе своей короны. «Слава, совершенно точно, не помогла мне сделать то, чего я хотел», — рассказывал он мне, пока мы садились на заднее сиденье черного внедорожника. Может быть, из-за того, что он слишком легко относится к своим достижениям. Возможно, вы знаете его как сумасшедший голос Трейси Джордана в телесериале «Студия 30», или Троя Бернеса – милого и вечно уставшего защитника из сериала «Сообщество». А может быть, вы слышали его как Childish Gambino – музыканта, который смог построить серьезную карьеру, которая началась с шутки – его никнейм взят с сайта «Woo-Tang Clan name generator». А может, вы смотрели его стендапы. Еще может быть, что вы в первый раз увидели его в образе персонажа Ёрна Маркса из «Атланты», который пытался помочь своей дочери. В образах Троя, Ёрна и во всех фильмах, включая «Марсианин» или «Супер Майк XXL», — Гловер неотразим. Он очень талантливый актер. Он, как вода, заполняет любое пространство, которое дается ему на экране, даже когда он валяет дурака. И с его песнями работает та же схема – его строчки звучат в треках Chance The Rapper и J. Cole. Вся его карьера, неважно – связана она с телевидением, музыкой или кино, выглядит как что-то очень новое или наоборот – хорошо забытое старое. Он – именно тот кросс-жанровый талант, которого не видели с золотых времен Голливуда.

Учитывая, чего добился Гловер на сегодняшний день, он, скорее всего, войдет в историю. Кроме того, что он снимется в долгожданном втором сезоне «Атланты» (премьера – 1 марта), исполнит роль Лэндо Калриссиана в фильме «Соло. Звёздные войны: Истории» (премьера – 25 мая). А в следующем году он вместе с Бейонсе будет работать над озвучкой ремейка мультика про Короля Льва Джона Фавро.

Когда мы гуляли по лабиринто-подобным улицам Атланты, я спросил у Гловера, чего бы еще ему хотелось. Его ответ был на первый взгляд простым:


«Мне просто хочется больше свободы».

И что же ты будешь с ней делать?

«Делать то, что не сделал бы никто другой. Отчасти в этом причина того, что я занимаюсь тем, чем занимаюсь».


Невозможно быть объективным в случае с Гловером. По крайней мере, я не могу. Я понимаю, что его успех означает, что этот человек принадлежит всему миру. Без всяких вопросов, он самый известный Дональд за пределами Белого дома.

Но для молодого черного зануды вроде меня Гловер всегда был еще чем-то. Его карьера в шоу-бизнесе началась в середине 2000-х, и его первые фанаты были странными ребятами, которые не чувствовали себя на своем месте в том мире, который видели вокруг. (Напоминаю, это было время расцвета Abercrombie & Fitch, а также разнообразных форумов и ЖЖ). Когда Гловер начал делать себе имя на импровизационной сцене Нью-Йорка, нам показалось, что мы получили своего героя. Он выглядел, как мы, и разговаривал, как мы. Он работал для того сегмента молодых людей, которые были преимущественно гиками, на которых никто не обращал внимания. За это мы его полюбили. Ему удалось добиться таких высот, что когда он закончил Нью-Йоркский университет, Тина Фей предложила ему работу сценариста в сериале «Студия 30». Это была его первая крупная сделка. Он проработал там три года, и только один раз появился в кадре – в эпизоде про молодого Трейси Моргана, перед тем, как он сказал Тине, что собирается переехать в Лос-Анджелес и попробовать себя в стендапе.

В 2009 году Гловер перестал работать для «Студии 30» и был безработным целых шесть дней, прежде чем получил роль Троя Бернеса в чудаковатом ситкоме Дэна Хармона «Сообщество». Трой был именно тем постоянным персонажем в сериале, благодаря которому шоу продавалось. Он сделал вселенную Хармона правдоподобной, создав по-настоящему запоминающегося героя. Благодаря своему комедийному таланту Гловер идеально подошел для этой работы и быстро стал жемчужиной сериала. К пятому сезону, когда Гловер покинул шоу, он больше не был пронырливым неизвестным парнем, работающим на нескольких работах. Теперь героини мемов про мамочек с вином с фейсбука и мужчины, похожие на Тима Тейлора, знали о нем, а Голливуд начал осознавать, что он может неплохо продаваться.


Перед тем, как мы доехали до ресторана «Landmark Diner Jr.» в северной Атланте, который позиционирует себя как «место, где ночью встречаются звезды», Гловер лениво показал на стрип-клуб, в котором он однажды бывал, из окна своего внедорожника. Когда мы уселись за наш столик, я спросил его о знаменитых стрип-клубах, которые функционируют как приличные заведения, может, чуть менее приличные, чем Starbucks в Ирвайне, в Калифорнии.

Гловер не ходил в стрип-клубы, пока ему не исполнилось 20. «Я знал, что это такое, и у меня не было таких денег», — сказал он. Нельзя прийти в стрип-клуб, если у тебя ни гроша в кармане, это все равно что быть вне закона. «Я вырос, зная, что в стрип-клуб приходят, чтобы хорошо провести время», — сказал он, а затем продолжил: «При этом, я не уверен, что девушки там веселятся». В 2012, после того, как сломанная нога заставила его отложить первый тур как Childish Gambino, Гловер отправился в Magic City. «Люди хотели, чтобы я не был депрессивным. Они говорили: “Ну улыбнись”. Я не хочу делать это постоянно. Потому что это был бы не я. Я не буду врать и говорить: “Все прекрасно, продолжай”».

Сопротивление Гловера давлению, которое оказывает на него слава — люди хотят часть твоего успеха (читать — денег) или что-то, чего ты не можешь дать, например, твою любовь, — уравновешивается тем фактом, что он по своей природе очень открытый человек. До того, как Гловер прекратил вести соцсети несколько лет назад, у него был Twitter-аккаунт, не похожий на Twitter знаменитости его статуса. Его твиты были эмоциональными, как MySpace образца 2008 года, и они всегда давали заглянуть в его сознание. «Давайте все влюбляться», — написал он однажды, а потом: «Учитесь шифроваться. Бог так делает».

Гловер забросил соцсети, потому что, по его словам, это было слишком для него. «Это могло навредить мне». Теперь, когда он появляется онлайн, он старается находить субкультуры, различные комьюнити, где он общается как обычный человек. «Это единственное место, где можно общаться анонимно». (К моменту публикации статьи он уже снова начал вести Twitter. Его первый твит, который теперь удален, был ответом на пламенную речь Опры на «Золотом глобусе». Второй был промо следующего сезона «Атланты»).


Пока Гловер был занят в сериале «Сообщество», он снял два стендап-шоу для Comedy Central. Первое вышло в 2010 году, а второе – в 2011. В обоих он играл самого себя. Остроумный юноша за 20, который знает себе цену. Материал был очень личный, и в нем было одинаковое количество шуток ниже пояса и шуток про расу.

К тому времени, когда вышло его второе шоу, он выпустил «Camp» — свой первый серьезный рэп-альбом. Гловер начал выступать под именем Childish Gambino вскоре после того, как закончил колледж. На этом релизе он называл себя рэп-аутсайдером. В нем он затронул многие темы, начиная с собственной борьбы и заканчивая расовой нетерпимостью. Несмотря на то, что отзывы критиков были противоречивыми, альбом дебютировал под номером восемь в чарте Billboard 200. Он анонсировал его еще во время тура IAMDONALD – хитросплетенной смеси хип-хопа, стендапа и скетчей, которая в то время выглядела как обещание грядущих перемен во всем мире. В 2013 Гловер выпустил свой второй студийный альбом «Because the Internet». Он стал золотым, заработал для Гловера парочку номинаций на Grammy, а также одобрение критиков. Его продолжение 2016 года «Awaken, My Love!» принесло Гловеру пять номинаций на Grammy. Новый альбом закрепил за Гловером звание радио-звезды, а также вывел его на большие экраны. Вдохновленная Джорджем Клинтоном песня «Redbone» вошла в саундтрек к фильму «Прочь» и стала платиновой.

Тем не менее, главным событием 2013 года стало подписание контракта Гловера и FX, согласно которому он должен был стать сценаристом, актером и продюсером шоу, которое Deadline.com назвали «комедийным взглядом на изнанку музыкальной сцены Атланты». Так появился сериал «Атланта», который дебютировал в 2016 году и сразу стал хитом, как среди критиков, так и среди зрителей. Премьера собрала 1.8 миллионов просмотров. Две трети из зрителей были людьми за 50. Это лучший рейтинг для комедии со времен «Inside Amy Schumer», который вышел тремя годами ранее. Этот успех не был предсказуемым, по словам Hiro Murai, который был режиссером семи эпизодов «Атланты» первого сезона, а также занят в работе над вторым сезоном. «Действительно было ощущение, как будто мы сделали это в вакууме». Murai говорит, что ДНК сериала пришло из 2013 года – «Clapping for the Wrong Reasons» — короткого фильма, который он и Гловер сняли про рэп-звезду, бесцельно двигающуюся из одной комнаты в другую в своем особняке на берегу, среди своих друзей и накопленного имущества.


Когда ты заходишь в океан, ты должен уважать его. Ты знаешь, что можешь утонуть.


«Атланта» разрушала телевизионные стереотипы, добавляя разные сюрреалистические идеи – типа черного Джастина Бибера или невидимой машины – в уже транслируемое шоу. Как пояснил Гловер, идеи приходили, когда он проводил время со своим братом Стефаном, который тоже является одним из сценаристов шоу. «Я стал ездить по миру, участвовать в большем количестве споров и говорить о более широком диапазоне вещей. Например, черные женщины говорили мне: «Черные мужчины ничего для нас не делают». И я отвечал: «Вы действительно так чувствуете?». Они отвечали: «На 100%»». Успех первого сезона был грандиозным, но Гловер считает, что во втором сезоне ему придется столкнуться с большим количеством сложностей. В первый день съемок Murai сказал мне: «Такое ощущение, как будто я в Bizarro World» (вселенная из комиксов DC). У них был такой длительный перерыв, что они забыли, по крайней мере, сначала, как это – снимать шоу. «Такое ощущение, что шоу переросло во что-то новое. Оно стало более ориентированным на короткие истории».

«Я старался воспользоваться подходом Q-Tip», — сказал Glover, имея в виду сооснователя A Tribe Called Quest. «После их первого альбома он заявил: “Я отымею синдром второго альбома в задницу”».

Glover отметил, что ему было приятно вернуться в те места, где снималась «Атланта». «Когда мы гуляли по окрестностям, было ощущение, что люди знали нас». Была ночь, когда съемки проходили в Банкхеде (окрестность в Атланте). «Стали звучать выстрелы – один за другим», — сказал Гловер. Съемочная группа стояла в неуверенности. Я все еще не слышал, что падали гильзы. В таких случаях ты понимаешь, что, черт возьми, стреляют где-то рядом. Никто на съемочной площадке не хотел ждать, пока они услышат этот звук. Все пригнулись, либо забежали в помещение. Съемочный процесс в ту ночь был свернут. «Это вопрос, который касается уважения. Когда ты заходишь в океан, ты должен уважать океан. Ты знаешь, что можешь утонуть. Я не хочу, чтобы люди думали, что жизнь – это долбаный Диснейленд. Нам говорят: разве не здорово, что люди так живут? Нет, не здорово».

После обеда Гловер сказал мне, что он испытывает сильное волнение, когда что-то масштабное должно вот-вот произойти. «Я знаю, что второй сезон «Атланты» будет крутым, потому что я чувствую волнение». Тревога, как когда пули летят и падают гильзы.

Гловер родился в 1983 году и вырос в Стоун-Маунтин в Джорджии, где находится самый большой в Штатах федеральный мемориал. «Если бы люди знали, как я рос, их бы задело это за живое. Везде были флаги Конфедерации. У меня были белые друзья, чьи родители были очень милыми со мной, но говорили: «Никогда не встречайся с ним»».

Когда Гловеру было 11, он сам себе написал письмо, но не такое, как Майкл Джексон в 1979 году, в котором он клялся удивить мир своими талантами. Версия Гловера звучала так: «Я сделаю все возможное, чтобы спасти мир». Несмотря на то, что родители вырастили его как Свидетеля Иеговы – факт, о котором не принято говорить – «Звездные войны» занимали важное место в доме Гловера. Достаточно сказать, что отец забирал его из школы, чтобы смотреть приквелы (да, приквелы). Он помнит, как откусил световой меч у фигурки Дарта Вейдера, но статуэтку Лэндо Калриссиана он помнит гораздо более отчетливо. До тех пор, пока Мейс Винду не появился в эпизоде 1999 года «Скрытая угроза», Лэндо был единственным чернокожим персонажем во вселенной «Звездных войн». (После того, как Винду сыграл Сэмуэл Л. Джексон, Джон Бойега – Финна в эпизодах «Пробуждение силы» и «Последние джедаи», их стало трое). В оригинальной трилогии Лэндо перевоплощается из независимого контрабандиста, пытающегося избежать слежки Империи, в подлинного героя, который спасает Принцессу Лею, Хана Соло, C-3PO, Чубакку, Люка Скайвокера и R2-D2. «У меня была кукла, с которой я спал, — единственная черная кукла в магазине. Ее купила мне моя мама. А потом мой отец купил мне Лэндо», — рассказал Гловер.

Несколько лет назад он услышал, что к выходу готовится фильм про Лэндо. «Я сказал своему агенту, что хочу быть Лэндо», но агент оценил его шансы как низкие. «Это было как раз то, что я должен был услышать», — сказал мне Гловер. «Потому что я тот человек, от которого не ждут, что у него получится. Люди даже не догадываются, откуда я пришел и что мне пришлось сделать. Со стороны это выглядит легко. Иногда я выгляжу как Мэри Сью (персонаж, который наделен нереалистичным везением). И я сказал: «Ну окей, хорошо». Я учился, много смотрел фильмы, и я добился этого, потому что я был готов».

Гловер позвонил своему отцу вскоре после того, как получил роль, и сказал: «Ты не поверишь, чем я буду заниматься в следующем году». Самым приятным, по его словам, было привести отца на съемки на Канары, где группа построила целый город. Рон Ховард, режиссер «Соло. Звездные войны: Истории» сказал мне, что Гловер был настолько подготовлен и сконцентрирован, что ему не всегда даже нужен был двойник для трюков. «Мне понравилось, с каким стремлением он взялся за персонажа Лэндо», — сказал Ховард, заметив, как много у Гловерра способов развлекать аудиторию. «В нем есть очарование, юмор, ум и хитрость, которые ему удается выразить без фальши и преувеличений», — говорит он. «Нужно быть дураком, чтобы не признать его креативность».

С Симбой из ремейка на «Короля Льва» произошло практически то же самое. Когда Фавро предложил ему роль, он снова почувствовал, что должен получить ее, но еще и ответственность за персонажа, который представляет вселенную его детства. «Я понимаю, почему людям не нравятся ремейки», — говорит Гловер. «И я предпочитаю работать только с теми людьми, которые понимают, что людям не нравятся ремейки».

Его одержимость качеством, непоколебимое чувство вкуса – это от матери, которая привила ему уважение к вещам, сделанным хорошо. Гловер говорит, что это началось с фастфуда. «Моя мама водила меня в Chick-fil-A. Мы знали, что все это фастфуд, и все это неполезно. Но это лучше, чем McDonald’s. Мама говорила: «Посмотри на эти кружечки, посмотри, как подобраны цвета. Почувствуй этот вкус и понаблюдай, будет ли тебе также хорошо через несколько часов»».

У Гловера и его жены, о которой он не рассказывает, потому что оберегает ее личное пространство, двое детей. Но он не говорит, сколько им лет, потому что также оберегает их личное пространство. Он говорит, что уважение к качеству – это то, что он пытается привить и своим детям, рассказывая, что хорошо, а что плохо, как развить чувство вкуса.

Гловер говорит, что на него повлияло отцовство. «Давай я скажу коротко», — начал он. «Когда ты становишься взрослым, ты понимаешь, что значит быть тинейджером. Когда ты тинейджер, ты понимаешь, что значит быть ребенком». И каждый новый этап, по его словам, добавляет контекст для предыдущего. «Дети – это самый важный жизненный контекст. Когда ты становишься родителем, это делает тебя чем-то большим. Перед тобой встают вопросы, к которым никто никогда не готов, и к которым ты всегда готов. Это как аяуаска (напиток шаманов для общения с духами)».

«Атланта» — это самое очевидное подтверждение того, что Гловер – настоящий творческий гений в Голливуде и за его пределами. Такое шоу трудно сделать даже в более свободном творческом климате, но еще сложнее – на телевидении — медиа, которое более склонно поддерживать одинаковый контент, чем что-то оригинальное. Гений Гловера заключается в том, что он убедил ленивых и реакционных людей не следовать этой модели, а показать, что им не плевать на качество информации, которую они вкладывают людям в головы. Возможно, ты – не всегда то, что ты ешь, но успех Гловера начал учить Голливуд, что важно есть овощи.


После того, как мы вышли из Лэндмарка, мы снова сели в машину, поехали в Инман Парк – один из старых, но отстраивающихся районов Атланты. «Мне нравится быть человеком мира», — говорит Гловер. Везде, куда он приходит, он создает свой новый дом. «Я не жил в Лос-Анджелесе больше года. Я жил в Лондоне, и он стал для нас родным, потому что у нас был там дом, и мы завели друзей», — продолжил он. «После этого я собираюсь поехать жить на остров. Только представь».

Чувство дома для Гловера также важно, как и его узкий круг друзей и партнеров. Его команда называет себя «Royalty» (после микстейпа Childish Gambino 2012 года) и включает Fam Udeorji, Chad Taylor, Kari Faux, Malik Flint, Ibra Ake, Swank, и брата Дональда – Стефана. Они организовывали туры для Childish Gambino, писали для «Атланты», и все они – люди, которым Гловер больше всего доверяет. «Мне кажется, что они – группа королей и королев. И каждый из них велик по-своему». Мы нашли ресторан, где подают тапас, который располагался на рынке на Krog Street, неподалеку от киностудии «Tyler Perry». Вечер только начинался, и атмосфера была приятной. Никто, кроме хозяйки, не посмотрел на Гловера дважды. До того момента, пока высокий татуированный парень не сказал, что он его фанат, и не позвал свою подругу. Это была хрупкая девушка с темными глазами. Они, совершенно точно – представители какой-то альтернативной тусовки, — прекрасно выглядели вместе. Гловер уделил им время. «Никогда не знаешь, кого встретишь», — отметил парень, пока разговаривал с Гловером. «Мне нравятся твои работы. Мне нравится, как ты отдаешь долг своему городу, показывая все это по телевидению, бро», — сказал он.

Забота Гловера о чернокожих американцах неоспорима. Когда он говорит о том, что делает вещи, которых никто другой не сделал бы, он имеет в виду именно это. «Черные люди никогда сами не рассказывают свои истории. Это всегда делает кто-то другой», — сказал он. «Я думаю, что это как посттравматический синдром. С нами происходят вещи, которые мы до конца не понимаем, и никто не помогает нам их понять. Вот почему информация так важна и необходима. Если ты все поймешь, ты не позволишь этому произойти снова».

По словам Гловера, в ночь, когда был избран Дональд Трамп, он решил с семьей покинуть страну. «Я понимаю, что не у всех людей есть такая возможность, но для чернокожих особенно важно понимать, что они не привязаны к Америке. Несмотря на то, что Америка – часть нас, мы можем быть черными где угодно». Эти слова отсылают к эссе Джеймса Болдуина «Stranger in the Village», в котором рассказывается о том, как американская история неразрывно связана с расовым вопросом. «Черный мужчина, как человек, не существует для Европы», — писал Болдуин. «Но в Америке, даже как раб, он был неизбежной частью социума, и у всех американцев было то или иное отношение к черным».


«Мэтт Дэймон сказал, что появилась культура сопротивления насилию. Я говорю, что на это были причины».


Гловер сказал мне, что предпочитает открытый расизм, потому что в этом случае понятно, кто есть кто. «Это все равно что во время баскетбольной игры сказать: “Эй, вы могли бы не блефовать? Если вы реально проигрываете – хорошо, но только не блефуйте”. Но люди говорят: “Нет, блефовать – это часть игры”».

В то же время, Гловер говорит, что люди стремятся взять от жизни все, потому что жизнь в Америке – это антагонистическая игра. Всем кажется, что они потеряют свой статус, если люди другой расы попытаются добиться тех же целей. «И люди никогда в этом не признаются, но если у них есть возможность столкнуть другого – они это сделают», — сказал он, прежде чем сравнить расовую борьбу с теми трудностями, с которыми сталкиваются женщины Голливуда из-за Харви Вайнштейнов. «Я читаю Мэтта Дэймона, и он говорит: “Сформировалась культура сопротивления насилию”. Мой ответ – да, но на это были причины», — говорит Гловер. «Многие парни очень напуганы. Они думают: “А вдруг я сделал что-то подобное, но не понял этого?”. Я говорю – разбирайся с этим сам».

Гловер говорит, что, кроме нового сезона «Атланты», «Соло» и «Короля Льва», может быть еще и новый альбом Childish Gambino. «Мне кажется, что это еще не конец. По крайней мере, для меня. Это тяжело, но мне все равно, что будет со мной дальше. Все, что я делаю, — для людей». Он продолжил: «Все хотят что-то изменить и войти в историю. Я хочу быть человеком, который дает, дает и ничего не берет взамен».

«Главное – сделать что-то, что пройдет испытание временем», — говорит Гловер. «Это самое важное. Мне нравится Эрика Баду, Лорин Хилл, Марвин Гэй и Стиви Вандер. Это музыка на каждый день. Это музыка, про которую говорят: “Я слушаю ее, и она помогает мне жить”. У меня возникают очень сильные чувства, когда я слышу, как поет Марвин Гэй. Кому захочется спасать мир, который обречен погибнуть? И это честно. Зачем тогда растить детей? Зачем заводить собаку? Зачем заботиться о чем-то, если знаешь, что процесс разрушения запущен?».

Гловер значит очень много для огромного количества людей. Он – объект влюбленности, кумир подростков, источник вдохновения, партнер в творчестве. Он отдает так много себя через свои работы. Но кем он сам себя видит? В конце нашего диалога я спросил его об этом.

Он задал обратный вопрос: «Думаешь, Тупак знал, кто он такой?».

Я сказал – да.

«Я знаю, что все себя сравнивают с Тупаком», — сказал он. «Но я в какой-то степени новый Тупак. Мы росли в аналогичных условиях. Моя мать не состояла в «Черных пантерах», но мои родители были активными борцами за права черных. И моя мама отправила меня в школу искусств. Она сказала, что это точно мое место. Иногда, чтобы люди поняли тебя, тебе приходится играть роль. Несмотря на то, что сам ты гораздо сложнее этой роли. И очень тяжело упростить все настолько, чтобы люди поняли».

Он продолжил: «Сторителлинг – это и есть упрощение того, что с тобой происходит. Жизнь – это просто история. Все, что происходит с тобой, ты укладываешь в сюжет. Я делаю это так, чтобы люди могли сказать: “Да, это жизнь, это то, что было со мной”».

Гловер упомянул один из первых кинофильмов в истории – 45-секундную ленту братьев Люмьер, в которой показано, как поезд прибывает на станцию. «Я все время думаю о том, как поезд появился на экране, и аудитория повскакивала со своих мест», — сказал он. «Люди не знали, что это. И я все время думаю, как бы сделать это снова? Как заставить людей повскакивать со своих мест, потому что для них это столь же реалистично?».