Сейчас в эфире
Bumble Beezy: о «Royal Flow», работе с Terry и «чистке» альбома для бабушки

Мастер фастфлоу, недавно выпустивший альбом «111111», заглянул в эфир STUDIO 21, где рассказал о названии пластинки (шесть единиц — это тип характера деспот), дружбе с Джараховым и неожиданной презентации релиза на дне рождения бабушки.

Подробности — ниже, запись эфира — здесь.


О нумерологии:

Есть такая тема — матрица Пифагора. Любой может это загуглить, вбить туда свою дату рождения. Есть матрицы с точным временем рождения, которые раскладывают тебя по первичным параметрам — со временем я нашел этому неожиданно много подтверждений, 80% сошлось.

О работе над альбомом «111111»:

Началось лето, я был свободен и готов работать. У меня накопилось очень много идей, и всё лето я их реализовывал. Я держал всё это в голове, может быть, не год и не два. Каждый раз, когда я пишу или выпускаю альбом, я особо ничего не ожидаю, для меня главное — сам процесс, я от него кайфовал. Когда выходит альбом — это два-три дня в год, когда я официально могу бездельничать и не думать, что стою на месте. Я злюсь и ненавижу себя, когда ничего не делаю, поэтому не умею отдыхать — я пытаюсь съездить на море с 2016 года.

О фите с Джараховым:

С одной стороны, я сам не приветствовал блогеров в рэпе, но касательно Эльдара — мы начали читать примерно в одном возрасте, и в нём рэпа намного больше, чем в очень многих рэперах, которых я знаю. У них «рэп головного мозга» — они даже в душе рэперы, в туалете рэперы, у мамы в гостях рэперы, но на треках они не настолько рэперы, насколько Эльдар Джарахов, который блогер. Он хороший пацан, мы с ним нормально проводим время, и у него очень креативный взгляд на всё. У меня был готов трек, я ему показал его за несколько дней до того, как мы должны были отдать его дистрибьюторам. Он говорит: «А я как-то раз написал куплет прям на эту тему». На следующий день он дописался, и мы вклеили его парт.

Об отношениях с родителями:

Тема этого трека («Тет-а-тет») — разговор с самим собой, мы перевариваем наши обиды. Хоть это всё и в прошлом, всё равно обидно, что в нас не верили — родители, в основном. Это закончилось, когда я принес кучу бабла с первого нормального концерта и говорю: «Вот это за вчера». Мама меня обняла и сказала: «Ты красавчик».

О клипах:

С нового альбома я бы почти на все треки снял клипы. Но у меня такая карма, что клипы избегают меня. Если говорить о подборе окружения — мне пришлось много шишек набить, пока я набирал себе нормальную команду. С клипами у меня такая же фигня. То проблемы технического плана, то не сошлись мнениями, то ещё что-то. Но мы снимем в любом случае, чего бы нам это ни стоило.

О совместках с Roux:

Альбом мы с ним начали писать еще в мае, просто на тот момент мы оба делали свои сольники, и каждый забрал себе по половинке на релизы. Плюс за это время мы поняли, что хорошенько выросли и прокачались, так что совместный альбом можно сделать еще лучше. Как раз сейчас мы к нему вернулись. Почему такое название — «Royal Flow»? Когда мне было 13, а Роуксу 11, у нас с ним была первая рэп-группа, которая называлась Royal Flow. Я придумал название и решил, что мы будем читать круче всех детей в Омске, и нашей фишкой будет флоу.

О клин-версии альбома «111111»:

Когда мы свели весь альбом, я попросил нашего звукаря Сашу на 1703 Records сделать культурную версию, чтобы я мог заслать её маме. В итоге мы 40 минут вырезали всю похабщину, пошлятину и матершину из альбома. И я забыл скинуть её маме. На следующий день после дропа альбома был день рождения моей бабушки, и они всей семьёй включили мой альбом и послушали не клин-версию.

Об опыте вне рэпа:

Мы с Amatory делали песню — на Jager Music Awards первый раз с роком повзаимодействовали. На STUDIO 21 в гости приходили с Animal Jazz на лайв — мы договорились с ними пописать песен. Рок — отец жанров, и с его представителями интересно, новый опыт. Они много чего могут рассказать в плане студийной работы, концертной деятельности — того, что ни один рэпер не покажет.

О Скриптоните:

Смотрел со Скрипом интервью о том, как он запихивает голос в инструменты — я так же делаю. Просто я это делаю всё равно чуть аккуратнее, и у меня немного другие предпочтения по сведосу. Его звук невозможно повторить. У него есть снэйр, который я не знаю, как он так чистенько делает. Обычный снэйр, который есть у каждого битмейкера, и он у него так чисто звучит — идеально.

О фите с Terry:

Terry был у меня дома, мы думали с ним над совместкой, но были очень ограничены во времени. Ему надо было на самолет — лететь выступать, мы накидывали какие-то биты, идеи, но в тот день было жарко, и мы оба были замороченные. Сейчас мы в поиске.